Новости 21 марта 2019

ВТБ потребовал от бывших владельцев «Трансаэро» почти 250 млрд рублей

Не прошло и четырех лет после остановки крупнейшей российской частной авиакомпании «Трансаэро», как ВТБ решил исполнить давнюю мечту всех ее кредиторов и взыскать убытки с ее бывших владельцев Ольги и Александра Плешаковых и Татьяны Анодиной. Банк требует с них ни много ни мало 249 млрд рублей — это все долги «Трансаэро» перед лизингодателями, банками, поставщиками топлива и услуг.

Бывший гендиректор «Трансаэро» Ольга Плешакова. Фото ИТАР-ТАСС/ Марина Лысцева

  • Иск о привлечении Плешаковых и Анодиной к субсидиарной ответственности на 249,2 млрд рублей ВТБ подал в арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области — по месту регистрации «Трансаэро», выяснил «Коммерсант». Плешаков был крупнейшим акционером «Трансаэро», его жена Ольга — гендиректором, а мать Плешакова и глава Межгосударственного авиационного комитета Анодина — членом совета директоров и владельцем 3% акций. На троих им принадлежало 53% акций «Трансаэро», отмечает ВТБ.
  • Банк обвиняет бывших акционеров «Трансаэро» в манипуляциях с отчетностью. По версии ВТБ, компания с 2012 года знала о возможности своего банкротства, а в 2014–2015 годах при получении кредитов трижды переписывала отчетность задним числом. Подробно об обвинениях можно прочитать здесь, совсем подробно — здесь. Помимо подмены отчетности, ВТБ обвиняет акционеров «Трансаэро» в выводе денег из компании с помощью займов связанным с ними юрлицам, выплаты дивидендов и вознаграждений менеджменту.
  • Огромная сумма иска объясняется требованиями закона «О банкротстве»: при привлечении акционеров к субсидиарной ответственности сумма иска должна равняться совокупному размеру требований кредиторов.
  • Общие долги «Трансаэро» к моменту остановки компании составляли почти 250 млрд рублей. Львиная доля, 150 млрд, приходилась на договоры лизинга самолетов, 80 млрд — на банковские кредиты, 20 млрд — долги поставщикам топлива, аэропортам и другим контрагентам. Главные пострадавшие — лизинговые дочерние компании госбанков, ВЭБа, ВТБ и Сбербанка. Подробно о том, как «Трансаэро» удалось накопить такой долг, можно прочитать здесь (платный материал).
  • Очевидно, что искомую сумму с акционеров «Трансаэро» взыскать не удастся, но и получить часть компенсации будет не так легко. В конце 2015 года Плешаковы покинули Россию. В американском суде по другому иску Плешаков говорил, что живет в Азербайджане (там находится главный офис МАК, который возглавляет Анодина) и «странах Евросоюза».
  • Знакомые Плешаковых рассказывали The Bell, что они владеют дорогой недвижимостью во Франции, где проводят как минимум часть времени. Больше о зарубежных активах Плешакова ничего не известно. В мае 2018 года ВТБ также подал иск о личном банкротстве Плешакова; юристы говорили, что главной его целью может быть именно поиск зарубежных активов.
  • Ольга Плешакова не ответила на запрос The Bell, телефон Татьяны Анодиной в четверг вечером был недоступен.

Почему это важно?

Последствия банкротства «Трансаэро» чувствуются на авиационном рынке и сейчас — достаточно взглянуть на патовую ситуацию, в которой оказались самая проблемная сейчас российская авиакомпания «Ютэйр» и ее кредиторы. Банки, которым «Ютэйр» должна 56 млрд рублей, не соглашаются на ее план реструктуризации, но и банкротить, скорее всего, ни за что не будут — на примере «Трансаэро» известно, что при таком сценарии шансы вернуть деньги близки к нулю. Государство поддерживать авиаперевозчиков напрямую тоже не хочет — «Трансаэро» перед остановкой получила госгарантии на 9 млрд рублей, но они только отсрочили ее конец. Остается только поддержка акционера. В случае с «Ютэйром» это богатый «Сургутнефтегаз» — но он дотировать компанию не хочет. Выход из этой ситуации ее участники не могут найти уже полгода, а остальные российские авиакомпании тем временем продолжают накапливать убытки. В какой-то момент все это не может не закончиться плохо — либо для банков, либо для авиакомпаний, либо для пассажиров.

Петр Мироненко, Анна Коваленко

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.