Новости 30 сентября 2019

Ели пельмени и пели военные песни: в деле генералов и Шакро Молодого не хватает улик

Следствие не может найти убедительных доказательств в деле против генералов Следственного комитета (СК), обвиняемых во взятке от вора в законе Захария Калашова (Шакро Молодой). Калашов заявил на допросе, что «не имеет отношения к преступной иерархии», а у обвиняемых генерала Дрыманова и полковника Крамаренко следствие не нашло ни денег, ни дорогих квартир, пишет «Коммерсант». 

История дела. Главу столичного главка СК Александра Дрыманова ФСБ задержала летом 2018 года по подозрению в получении $800 тысяч от криминального авторитета Шакро Молодого за выход из СИЗО его соратника Александра Кочуйкова (кличка — Итальянец), куда тот попал после перестрелки на Рочдельской улице в центре Москвы в конце 2016-го.

В деле еще четыре фигуранта: заместитель Дрыманова Денис Никандров, начальник следственного управления ЦАО Москвы Алексей Крамаренко, глава управления собственной безопасности СК Михаил Максименко и его подчиненный Александр Ламонов. Их арестовали в 2017-м, Дрыманова следствию, как писали СМИ, не отдавал глава ведомства Александр Бастрыкин. ФСБ задержала Дрыманова уже после того, как он ушел в отставку. 

Новый поворот. Никандров, уже вышедший по УДО, заявил следствию, что освобождение Кочуйкова из СИЗО на самом деле финансировалось дважды. По его словам, Шакро в общей сложности передал $1 млн московскому главку СК. Эти деньги поделили посредник-бизнесмен Дмитрий Смычковский, Михаил Максименко, Дрыманов, Крамаренко и сам Никандров. При этом части фигурантов нового дела ничего не угрожает: благодаря сотрудничеству со следствием Никандров будет выступать только в качестве свидетеля, а бизнесмен Смычковский живет в Великобритании и готов давать показания только дистанционно. Как пишет «Коммерсантъ», под суд, который может начаться уже в октябре, пойдут трое обвиняемых — арестованные генерал Дрыманов, полковник Крамаренко и уже отбывающий срок полковник Максименко. 

Улики. Как оказалось, кроме показаний Никандрова, у следствия мало доказательств. 

  • После многочисленных обысков, квартир и дач Дрыманова и изучения его счетов следствие нашло только €18 тысяч, которые могли быть накоплениями генерала на старость. У Крамаренко нашли и того меньше: только квартиру на Петровском бульваре в Москве, где он жил с детства. Из другого имущества полковника следователи обнаружили мотоцикл 2008 года с разобранным двигателем. 
  • Кроме обвинений в получении взяток, голословными защита генералов также назвала упоминания следователями в деле выражений вроде «вор в законе», «авторитеты преступного мира». По словам защитников, таких понятий в кодексах нет, и они «пригодны только для художественной литературы». Cам «вор в законе» Шакро Молодой на допросе заявил, что «никакого отношения к преступной иерархии не имеет, руководства преступным сообществом РФ не осуществляет», добавив, что даже никакого прозвища в криминальном мире у него нет. 
  • Среди собранных следствием материалов — целый том распечаток телефонных, кабинетных и квартирных переговоров обвиняемых, за которыми ФСБ наблюдала в течение нескольких месяцев. В частности, следствие установило, что в мае 2016 года все трое обвиняемых встречались на квартире Михаила Максименко, однако о деньгах речь не шла. Под утро офицеры начали вызванивать своего третьего приятеля Дрыманова, объясняя, что по дороге ему обязательно нужно купить еду, поскольку «водка есть, а пельменей нет». После этого офицеры пели военные песни про танкистов. 

Защита заявляет, что предъявленное обвинение — голословное, надуманное и не соответствует фактическим обстоятельствам. Адвокат Крамаренко будет настаивать на прекращении уголовного преследования.

Почему это важно. Дело против высокопоставленных сотрудников СК было одним из самых резонансных. СМИ описывали его в контексте усиления роли ФСБ по сравнению с другими силовыми ведомствами.

Контекст. Большинство фигурантов дела уже получили реальные сроки: Максименко присудили 13 лет колонии, Захарию Калашову — почти 10 лет колонии, Кочуйкову — почти 9. Заместитель Дрыманова Никандров пошел на сделку со следствием и после этого получил 5 лет колонии.

Калашов был трижды судим не только российскими, но и европейскими властями: так, испанский суд заочно приговорил его к 18 годам тюрьмы. Среди вменяемых ему преступлений рэкет, убийства, отмывание денег.

Лада Шамардина