В июле «Яндекс» наконец запустил сервис аренды самокатов. Первые слухи о работе над ним появились еще в 2019 году, когда перспективы такого начинания в России были не вполне очевидны. К 2021 году рынок успел оформиться, и на нем уже есть явные лидеры. Что «Яндекс» может им противопоставить — помимо денег, которые в этом бизнесе решают далеко не все?

Зачем «Яндексу» самокаты

Первые электросамокаты «Яндекса» — всего их около тысячи — появились в трех районах Москвы: в Хамовниках, на Якиманке и Арбате. До конца июля, по планам, аренда будет доступна везде внутри ТТК и в некоторых районах за его пределами.

О запуске сервиса аренды самокатов в «Яндексе» думали давно. По словам собеседников The Bell на рынке, компания вплотную занялась темой еще в 2019 году.

«Решая, заходить в новый бизнес или нет, мы всегда смотрим, можем ли сделать что-то лучше, чем делают другие, есть ли рабочая бизнес-модель», — объясняет CPO сервиса «Яндекс Go» Роман Маресов. Четкого видения, как нужно развивать кикшеринг, по словам Маресова, до этого года у компании не было, хотя «было изначально понятно, что у него есть суперсинергия с другими транспортными сценариями [“Яндекса”], а приложение Go, после того как оно стало супераппом, как будто создано для того, чтобы там были самокаты».

Сошлись три фактора:

«Яндекс» нашел изящное решение проблемы подзарядки скутеров — своего рода пит-стопами для них станут многочисленные «Лавки» и пункты выдачи заказов «Маркета». «Подзарядка — актуальная проблема: часто бывает, что из девяти самокатов на парковке семь либо совсем разряжены, либо у них такой маленький процент, что человек все равно не поедет», — говорит Маресов.
К этому сезону «Яндекс» успел разработать собственный софт для обеспечения безопасности, говорит Маресов: «Первое наше решение: по городу можно ездить не быстрее 20 км/ч, это ниже разрешенной [властями] нормы. В зоны, где высокая скорость разрешена, но мы знаем, что там много пешеходов или узкие тротуары, будем выставлять дополнительные ограничения». В качестве примера CPO «Яндекс Go» приводит Патриаршие пруды. Там есть велодорожки, но ездить с высокой скоростью так, чтобы это не было опасно для окружающих, фактически невозможно.
«Яндекс» гордится тем, что его флот — самый современный. Модели, выпущенные два-три года назад, по словам Маресова, ломаются гораздо чаще.

Тот факт, что на рынке уже есть крупные игроки, «Яндекс» не смущает. «Если бы мы вышли на год раньше, но с на порядок худшим сервисом без нормальной юнит-экономики, мы бы ничего не выиграли, — рассуждает Маресов. — Конкурентам мы благодарны. Спасибо, что научили людей в России пользоваться самокатами!»

Цены «Яндекс» выставил точь-в-точь как у других сервисов: 50 рублей за разблокировку и от 6 рублей за минуту езды. Когда сервис подрастет, компания будет экспериментировать с динамическим ценообразованием, учитывающим спрос и предложение, обещает Маресов.

Как возник этот рынок и кто его лидеры

«Если бы мне [раньше] сказали, что в Москве появится прокат электрических самокатов, я бы подумал, что это дурная шутка, издевательство над москвичами», — признавался Сергей Собянин на мероприятии по случаю запуска приложения «Делисамокат», которое в мае 2018 года запустил каршеринговый сервис «Делимобиль». Следом за «Делимобилем» кикшерингом в Москве занялся его конкурент YouDrive (сейчас — Lite). Чуть позже стартовал «Самокат Шеринг».

В департаменте транспорта московского правительства The Bell рассказали, что к концу первого сезона в городе было немногим более 3 тысяч самокатов. Число поездок достигло 100 тысяч. Тогда еще казалось, что это баловство, а не бизнес. Сейчас так совсем не кажется.

В 2020 году в Москве было 5 тысяч самокатов — даже не в два раза больше, чем в 2018-м. Но число поездок, по данным департамента транспорта, выросло в 20 раз — до 2 млн.

Сезон 2021 года семь сервисов начали с 11,4 тысячи самокатов. Спустя несколько месяцев их уже около 15 тысяч. Больше всех у сервисов Whoosh (7 тысяч) и Urent (4 тысячи). К концу сезона будет около 20 тысяч. Число поездок уже за первые два месяца перевалило за 1,5 млн. За весь сезон департамент транспорта ждет не менее 5 млн поездок.

В этом году московские власти ввели ограничение: не более 10 тысяч самокатов на сервис. Оно будет действовать три года.

«Сейчас [в мэрии Москвы] объем рынка оценивают в 40 тысяч самокатов. Наша оценка [для этого сезона] была даже чуть меньше: 33–36 тысяч», — говорит сооснователь Whoosh Дмитрий Чуйко.

«Когда появился каршеринг, “Яндекс” зашел и убил всех — думаю, департаменту транспорта это не понравилось, и он решил, что лучше дать всем конкурировать ценой и качеством», — предполагает сооснователь Urent Андрей Азаров.

Когда ограничение снимут, Москва, по мнению Азарова, сможет переварить и 100 тысяч самокатов: «Представьте, что каждый день по 500 человек, живущих в 10–15 минутах пешком от станций метро, будут добираться до них на самокатах. В Москве условно 250 станций. На каждой по 200 самокатов. Это уже 50 тысяч».

Московские лидеры Whoosh и Urent, по разным оценкам, контролируют 80% всего российского рынка. У стартовавшего на юге страны Urent около 40 тысяч самокатов в 50 городах. Выручка в 2020 году составила 800 млн рублей. У Whoosh (историю его создания мы рассказали здесь) 30 тысяч самокатов в 17 городах. Выручка в 2020 году — 855 млн рублей.

«С момента запуска мы несколько раз пересматривали оценку емкости рынка, — говорит инвестор Urent Михаил Гейшерик. — Сейчас оцениваем общую годовую выручку в 15 млрд рублей (в 2020 году объем рынка оценивался всего в 3 млрд. — Прим. The Bell). Два года назад оценка была минимум в десять раз меньше». Этот пирог предстоит поделить полусотне сервисов.

Сооснователь Urent Андрей Азаров ждет, что в будущем сервисов станет меньше: «Рынок такси идет к дуополии. Три игрока — только в жирных городах с высокими чеками: Москве, Лондоне, Нью-Йорке и т. д. В малых городах — сомнительно. С самокатами похожая история: в крупных городах — Москве и Петербурге — может быть по четыре-пять игроков, если они все одинаковые. В миллионниках — по три. В других городах — по два».

Как устроен бизнес и сколько он приносит

Пионеры кикшеринга — американские сервисы Bird и Lime — убыточны. Основанный в 2017 году Bird вскоре собирается выйти на биржу через слияние со SPAC. Предполагаемая оценка — $2,3 млрд. При этом из документов, которые компания раскрыла, готовясь к сделке, следует, что в 2020 году ее убыток составил $23,5 млн. Это значительно меньше, чем было в 2019-м ($135,7 млн), однако о выходе в плюс речь не идет.

Российские сервисы существуют как будто бы в другой реальности. Притом что сезон во многих городах (в том числе в богатых Москве и Санкт-Петербурге) короткий, рентабельность достигает 30%. «В среднем мы ориентируемся на то, что маржинальность должна составлять от 15 до 20 процентов, — говорит сооснователь Whoosh Дмитрий Чуйко. — В нашей модели (мы используем дорогие самокаты — почти 100 тысяч рублей за штуку) один самокат должен генерировать больше трех поездок в день, чтобы быть безубыточным. Средняя поездка в Москве — это 6 км, то есть около 20 минут. В Питере — почти так же. Базовый тариф в Москве на рубль подороже, чем в Питере. Соответственно, в Москве средний чек — это примерно 120 рублей, в Питере — 100–110».

«То, что они [Bird и Lime] не зарабатывают, обусловлено плохой операционкой и неэффективной работой, — утверждают Андрей Азаров и Михаил Гейшерик из Urent. — У них крутые офисы, дорогие люди и в офисах, и в поле, какие-то вице-президенты, все остальное. А мы просто работаем. Еще они сильно больше нас экспериментировали. Наконец, в России люди активнее катаются. Ориентируемся на то, что наша чистая прибыль будет 30%. Минимально оправданная цена разблокировки в Москве — 30–50 рублей. Минута аренды зависит от частоты поездок. В Москве все идут на выручку 1 тысячу рублей [с самоката] в день».

В отличие от американских сервисов, российские почти не инвестировали в кастомизацию самокатов под себя. «75% шеринговых самокатов в России — производства Ninebot, еще 15% — Okai, — рассказывают Азаров и Гейшерик. — Самокат стоит примерно $1 тысячу с налогами, дополнительной батареей, логистикой и т. д. Если покупать оптом, 10–15 тысяч штук, могут сделать скидку в $100. Срок службы, по нашим расчетам, составляет три года. Они [заводы] обещают пять».
Когда сезон заканчивается, каждый сервис жестко оптимизирует штат. Часть офисных сотрудников переключается на закупку новых самокатов, часть — уходит в отпуск. Полевой персонал нанимают строго на сезон.
И есть еще один фактор — наверное, ключевой. Удивительным образом в России пользователи готовы платить за аренду самокатов почти столько же, сколько платят американцы. Разблокировать самокат Bird стоит $1, цена минуты поездки — примерно $0,15. В России, для сравнения, активация самоката у большинства игроков стоит порядка 50 рублей, минута — от 5 рублей.

«Это великий парадокс российского рынка — то, что кикшеринг стоит как каршеринг, хотя сам самокат в десятки раз дешевле автомобиля, — признает Роман Маресов из “Яндекс Go”. — Конечно, это одна из главных причин, почему у российских сервисов экономика сходится гораздо лучше, чем у западных».

Как у кикшеринговых сервисов складываются отношения с властями

В начале июня за российские кикшеринговые сервисы стало тревожно. Скандалы из-за травм в Санкт-Петербурге довольно неожиданно спровоцировали обыски Следственного комитета и временный запрет на работу местных сервисов.

«В Москве [во взаимодействии с властями] все более конкретно, а в Питере ситуация выглядит реактивной, — говорит сооснователь Whoosh Дмитрий Чуйко. — Мы достаточно долго стучались в кабинеты, просили о чем-то договориться, но у нас слабо получалось. Питерские власти решили как-то начать [нас] регулировать, когда самокатов стало совсем много. Полного взаимопонимания пока нет».

Но в итоге все обошлось. Компании подписали с администрацией Санкт-Петербурга соглашение, регулирующее их работу. Основной пункт — ограничение скорости 20 км/ч. В Москве месяцем ранее без всяких скандалов появились «медленные зоны», где скорость принудительно снижается до 15 км/ч. В других местах можно разгоняться до 25 км/ч.

20 км/ч — приемлемое значение, говорят все собеседники The Bell на рынке. Экономика перестала бы сходиться, если бы власти запретили ездить быстрее 15 км/ч. Но власти к новому виду транспорта относятся с явной симпатией и вошли в положение. «Из развлечения самокаты постепенно превращаются в полноценное средство передвижения и помогают решать городу транспортные задачи», — сообщили The Bell в департаменте транспорта.

Фото на обложке материала: «Яндекс»

#urent