Подробно 15 октября 2018 Подробно 15 октября 2018

Принц-изгой: откажется ли Кремниевая долина от миллиардов Саудовской Аравии?

Исчезновение оппозиционного саудовского журналиста Джамаля Хашкаджи может дорого обойтись Саудовской Аравии — ведь саудовские инвесторы вложили в стартапы США миллиарды долларов.

Только визит в Кремниевую долину мог заставить принца Мухаммеда бен Салмана (справа, слева — сооснователь Google Сергей Брин) сменить традиционную одежду на европейский костюм. Фото: Abaca Press

Мы делали главные деловые СМИ страны, теперь делаем лучше - подпишитесь на The Bell.
/TASS

«Технокомпании не могут больше закрывать глаза на нарушения прав человека одним из их крупнейших инвесторов», — пишет в The New York Times Ананд Гиридхарадас, автор книги «Победитель получает всё» о несправедливом распределении богатства. Жесткая колонка постулирует: «Если [Кремниевая] долина искренне хочет изменить мир, тогда миллиарды саудовского правительства следует вернуть, а от дальнейших инвестиций отказаться».

Гиридхарадас обращается, в частности, к основателям Uber, сети коворкингов WeWork, корпоративного чата Slack, стартапа по доставке еды DoorDash и мобильного приложения для выгула собак Wag — все они получили инвестиции от саудовских фондов.

Совет по венчурной этике опоздал на несколько лет, хотя политика Саудовской Аравии и вызывала у многих отторжение.

Венчурные инвестиции в 5 крупнейших отраслей в 3Q18. Всего стартапы США получили за квартал $28 млрд. Кадр из MoneyTree Report, подготовленного PwC и CB Insights

Венчурные инвестиции в пять крупнейших отраслей в 3Q18. Всего стартапы США получили за квартал $28 млрд. Кадр из MoneyTree Report, подготовленного PwC и CB Insights

  • Инвестиции в венчурный капитал США только что достигли десятилетнего максимума. За первые три квартала в стартапы вложили $84,3 млрд. За весь 2017 год тот же показатель составил $82 млрд.
  • Ключевых трендов два: стало на 39% больше сделок объемом свыше $100 млн (мегараундов); четверть денег ушла «единорогам», то есть компаниям, оценка которых превышает $1 млрд.
  • С 2012 по 2017 год саудовские инвесторы заключили 70 сделок в технологическом секторе. Их особенно интересуют транспорт и уберизация (16 сделок), а также стартапы, ориентированные на местные рынки (свыше 30 сделок).
  • Половина из 24 сделок в сфере ТЭК посвящена экологически чистой энергетике. Это значит, что ближневосточные инвесторы неспешно готовятся к будущему без нефти.
Рост числа единорогов. Кадр из MoneyTree Report, подготовленного PwC и CB Insights

Рост числа «единорогов». Кадр из MoneyTree Report, подготовленного PwC и CB Insights

  • В Штатах в третьем квартале 2018 года насчитывалось 55 мегараундов на сумму свыше $14 млрд. Для сравнения, год назад их было чуть больше 30. Две крупнейшие сделки, по $1 млрд каждая, это инвестиции японского Softbank (управляет деньгами саудитов) в коворкинги WeWork и саудовского суверенного фонда в конкурента Tesla, Lucid Motors.
  • Принцип саудовских мегаинвестиций прост. Выбирается потенциальный новый Uber в своей нише; с помощью крупных инвестиций повышается оценка компании и запускается ее развитие. В зависимости от прогресса покупается контроль или происходит выход с фиксацией прибыли.
  • Существенная часть инвестиций происходит через Vision Fund, которым управляет Softbank — компания одного из самых опытных инвесторов на технологическом рынке, японца Масаёси Сона. В Vision Fund $100 млрд саудовских денег, и Масаёси собирается поднимать по новому такому фонду каждые 2–3 года. Благодаря стратегии неограниченных вливаний инвесторы на выходе должны получать десятки процентов прибыли.
  • Все это разворачивается на фоне другого процесса. Аналитики тревожатся, что рыночные сегменты, захваченные компаниями вроде Facebook, Google и Amazon (FGA), затрудняют привлечение инвестиций стартапами, желающими бросить им вызов. Создать всемирный поисковик или социальную сеть почти невозможно, а поверить в способность это сделать — еще труднее.
  • Саудовские фонды могут предоставить таким стартапам неограниченное финансирование и даже долгое время терпеть убытки ради захвата рынка в будущем. Идет и обратный процесс: стартапы стремятся в области, где есть арабские нефтедоллары.

Что мне с этого? Во-первых, успехи и провалы Саудовской Аравии в попытке снизить зависимость от нефти — дорожная карта для России после 2024 года, когда наиболее вероятна смена экономического курса. Во-вторых, сотни миллиардов долларов Vision Fund, собранные японским Softbank и саудовским принцем, определяют технологическое развитие человечества прямо сейчас. В ближайшие годы объем активов под их управлением (если все пойдет по плану) перевалит за полтриллиона долларов.

Александр Амзин


Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl + Enter.