Фото: kremlin.ru

The Bell выяснил, за что мог пострадать банк «Российская финансовая корпорация» (РФК), который на прошлой неделе попал под американские санкции. РФК – главный банк для проведения расчетов между Сирией и Россией, рассказали трое бизнесменов, работавших в Сирии в разное время. Официально минфин США обосновал включение РФК в санкционные списки тем, что этот банк принадлежит «Рособоронэкспорту», который за десятилетие поставил в Сирию оружие на «миллиарды долларов», а также оказывал материальную, финансовую и технологическую поддержку правительству страны. Санкции против самой Сирии США поэтапно вводят, начиная с 2004 года.

Детали

• РФК «ориентирован на сотрудничество с крупными корпоративными клиентами и обслуживание их внешнеторговых сделок», – говорится в отчетности банка за 2016 год. Его главные клиенты – контрагенты госкорпорации «Ростех», в которую входит и «Рособоронэкспорт». По размеру активов банк занимает в России 186 место, по состоянию на март они составляли чуть больше 14,4 млрд рублей.
• В прошлом году из-за американских санкций российское правительство решило создать опорный банк для  оборонно-промышленного комплекса. РФК претендовал на эту роль, но после санации гораздо более крупного Промсвязьбанка сделать банк для ОПК решено было из него.

С Сирией работал в основном РФК, «другие банки, через которые можно было проводить такие расчеты, мне неизвестны», – говорит один из собеседников The Bell. «Логично, что остальные госбанки от этой токсичности были избавлены – операции с Сирией для любого из них могли закончиться ужесточением санкций», – говорит преподаватель кафедры международного права МГУ Сергей Гландин.

Представитель «Ростеха» отказался от комментариев, РФК на запрос не ответил.

Подписывайтесь на рассылку The Bell, чтобы узнавать – как все устроено на самом деле.

До недавних пор продолжать работать с Сирией собирались еще, как минимум, два российских банка. Впрочем, оба они уже не существуют.

• Темпбанк, проводивший платежи между Сирией и Россией, в прошлом году попал под санкции США, за поддержку режима Башара Асада его отключили от системы SWIFT, а прошлой осенью ЦБ отозвал у него лицензию за «модель бизнеса, ориентированную на обслуживание интересов собственников».
• Вторым пострадавшим стал Русский международный банк. В сентябре 2017 года банк объявил, что планирует организовать «стабильную, прозрачную систему международных расчетов с Сирийской Арабской Республикой» в партнерстве с Республиканским банком из Южной Осетии, но сделать это не успел. Буквально через несколько недель после этого объявления ЦБ отозвал у банка лицензию за «высокорискованное кредитование».

Представители ЦБ, Минэкономразвития и Минфина не ответили на запросы о том, как сейчас устроены расчеты между Россией и Сирией. При этом недавно, несмотря на санкции, замминистра экономического развития Алексей Груздев призвал банки развивать финансовую инфраструктуру между Россией и Сирией. «Контакты между правительственными структурами направлены на создание необходимых условий для развития бизнеса [...]. Мы призываем заинтересованные банки подключаться к этой работе», — сказал чиновник.

По данным ФТС, в 2017 году товарооборот между России и Сирией составил всего $282,7 млн. Из них на долю экспорта пришлось $279,8 млн, импорта – $2,9 млн (поставки вооружений могут проходить по секретным статьям бюджета и не попадать в эту статистику). Но Россия явно собирается увеличить эти показатели – в течение прошлого года переговоры с сирийской стороной об участии российского бизнеса в восстановлении страны активно вели сразу несколько министерств, а наибольшую активность проявлял вице-премьер Дмитрий Рогозин. Он возглавляет комиссию по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству с Сирией, регулярно летает в Дамаск и принимает в России сирийские делегации.

Сегодня The Bell подробно расскажет, кто из российского бизнеса согласился работать в Сирии и что из этого вышло.

Анастасия Якорева