The Bell объясняет 12 августа 2019

Неизвестное специзделие: чего мы не знаем об аварии в Северодвинске

Несмотря на новые заявления бывшего и нынешнего руководства «Росатома» на прощании с погибшими при испытаниях под Северодвинском, мы практически ничего не узнали о том, что именно взорвалось. Но это было «специзделие» — таким словом у атомщиков принято обозначать оружие, особенно атомные бомбы, и его компоненты.

Что произошло

Сегодня в закрытом городе Сарове Нижегородской области прошло прощание с пятью сотрудниками Всероссийского НИИ экспериментальной физики (РФЯЦ-ВНИИЭФ), погибшими 8 августа при испытаниях в Белом море. Выступили глава «Росатома» Алексей Лихачев и первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко, возглавлявший «Росатом» с 2005 по 2016 годы. Лихачев сказал, что люди погибли в Архангельской области при испытаниях «нового специзделия», Кириенко — что президент Путин уже представил погибших к высоким госнаградам.

Мы делали главные деловые СМИ страны, теперь делаем лучше - подпишитесь на The Bell.

Цитата. «Они до последнего остались преданны своему долгу и ушли как настоящие герои. <…> Такие люди — гордость нашей страны, гордость атомной отрасли. Лучшей памятью для них станет наша дальнейшая работа над новыми образцами вооружений, которая обязательно будет доведена до конца», — приводит «Росатом» слова Лихачева.

«Они [погибшие] принимали на себя двойную ответственность. Помимо разработки уникальных технологий, уникальных изделий, они брали на себя еще и физический риск проведения уникальных испытаний, который, к сожалению, сколько ни просчитывай заранее, сколько ни готовься, но исключить риск на все 100% невозможно никогда», — сказал Кириенко.

Что мы знаем

Информацию о самом инциденте приходится собирать буквально по крупицам. Самым информативным остается официальное заявление руководства РФЯЦ-ВНИИЭФ. Из него мы узнали, что:

  • При катастрофе реализовался «непрогнозируемый сценарий», и испытателям «не удалось все предусмотреть». Об этом рассказали двое руководителей ядерного института.
  • Превышение радиационного фона в Северодвинске 8 августа действительно связано с испытаниями. Оно было небольшим — в два раза — и длилось не более часа. «Никаких остаточных радиоактивных загрязнений ни наши эксперты, ни внешние эксперты не зарегистрировали», — заявил зам научного руководителя РФЯЦ, членкор РАН Александр Чернышев.
  • Испытания готовились около года, и предприятие осознавало их высокий риск: проводились предварительные стендовые испытания и аттестация сотрудников.
  • В ходе инцидента испытатели «боролись за то, чтобы взять происходящее в свои руки», но им это не удалось.
  • Научный руководитель РФЯЦ Вячеслав Соловьев сказал, что одно из направлений работы — «создание малогабаритных источников энергии с использованием радиоактивных делящихся материалов», и упомянул американскую программу маломощных ядерных реакторов Kilopower. «Росатом» поспешил уточнить, что слово «реактор» к катастрофе в Белом море неприменимо: речь именно о радиоизотопном источнике питания, или «ядерной батарейке».
  • О жидкостной реактивной установке из релиза «Росатома» упомянула только ведущая.

Из дополнительных комментариев «Росатома» ясно, что испытания проходили на морской платформе, там произошли возгорание и взрыв, а испытателей отбросило в море. Пятеро погибли, трое человек получили ранение и проходят лечение.

Чего мы не знаем

Неизвестным остается главное — по какой именно теме велись работы и какое специзделие взорвалось в Белом море. Все об аварии закрывается намного тщательнее, чем катастрофа сверхсекретной подлодки «Лошарик» 1 июля, когда источники дали предварительную картину аварии в течение суток, детальную — через неделю, а вероятного виновника назвали в пределах трех недель. Впрочем, официально не подтверждено даже название подлодки.

  • Имеющейся информации попросту мало для того, чтобы строить обоснованные предположения по поводу специзделия. Мы уже изложили три версии, самой вероятной из которых остается испытание ядерного прямоточного двигателя для глобальной крылатой ракеты «Буревестник».
  • Формулировка «Росатома» об «изотопных источниках питания на жидкостной двигательной установке» все-таки допускает толкование в пользу версии об аварии реактора.
  • Reuters пишет, что власти США не считают правдивыми «заверения Москвы о том, что все нормально».

Цитата. «Это напоминает нам цепочку инцидентов времен катастрофы в Чернобыле и заставляет задуматься, что для Кремля важнее — благополучие россиян или подержание собственной власти и контроль над слабыми коррупционными потоками», — цитирует агентство высокопоставленного представителя администрации Дональда Трампа.

«Кто-то продал программу Путину»

Накануне с интерпретацией происходящего выступила ядерный химик, участник ядерной программы США и разработки американского ядерного реактивного двигателя по программе Rover Черил Рофер. По ее мнению, для крылатой ракеты непригоден изотопный источник энергии: Россия действительно испытывает компактный ядерный реактивный двигатель для «Буревестника», потому что кто-то убедил руководство, что создать его реально. На самом деле на пути к такому двигателю ряд почти непреодолимых фундаментальных ограничений.

Цитата. «По-моему, произошло следующее: кто-то продал программу Путину. Выглядит она круто, и понятно, что идея крылатой ракеты, которая может летать сколь угодно далеко, ему понравилась. Предположу, что тот, кто продвинул идею, в нее даже верит. <…> Люди склонны к неоправданному оптимизму или делают это, чтобы участвовать в интересном проекте или повысить свой статус.

Но что если русские действительно совершили какой-то прорыв? Я размышляю об этом больше года и не могу придумать ничего подходящего. Просто не вижу никаких возможностей обойти ограничения — ни по теплопередаче, ни по критической массе, — и никто не дал ни намека, как это возможно».

Сергей Смирнов