Утренняя рассылка 14 мая 2019

Кто строит храм в Екатеринбурге, санкции для Украины, успех HeadHunter и рабы Кремниевой долины

Митинг против строительства храма в Екатеринбурге закончился столкновениями. Это не первый проект миллиардера Игоря Алтушкина, который вызывает массовые протесты

Протестующие окружили стальной забор на месте строительства храма Св. Екатерины в Екатеринбурге

Вчера вечером центр Екатеринбурга неожиданно стал местом столкновений. Акция протеста против строительства у городского Театра драмы храма Святой Екатерины закончилась конфликтом протестующих с полицией и спортивными молодыми люди, называвшими себя защитниками храма. Строительство финансируют два местных миллиардера, известных дружбой с РПЦ, — акционеры «Русской медной компании» Игорь Алтушкин и «Уральской горно-металлургической компании» Андрей Козицын. Крупнейший инвестпроект Алтушкина, горно-обогатительный комбинат за $1 млрд, уже оказывался под вопросом из-за протестов местных жителей.

Мы делали главные деловые СМИ страны, теперь делаем лучше — подпишитесь на email-рассылку The Bell!

Столкновения

  • Недовольство нескольких тысяч протестующих вызвал проект строительства, согласно которому планируется вырубить деревья в сквере. Акция проходила в форме хоровода вокруг сквера, но вечером митингующие повалили установленное утром ограждение вокруг стройки. К этому моменту в сквер приехали спортивные молодые люди, среди которых, по данным «Новой газеты», были бойцы академии единоборств «Русской медной компании». Между ними и протестующими возникла потасовка, несколько человек были избиты, а один из защитников храма распылил газ из баллончика.
  • Полиция сначала не предпринимала никаких действий. Около полуночи попыталась задержать нескольких митингующих, однако они отбивали задержанных. В результате правоохранители увезли только четырех участников акции. Также полицейские пытались задержать одного из защитников строительства, который распылил газ из баллончика. Спортсмены отбили своего, однако позже стало известно о задержании нарушителя. Местные власти призвали стороны к переговорам, напомнив при этом, что проект строительства церкви прошел публичные слушания и получил все необходимые разрешения.
  • Подробный фоторепортаж с протестной акции можно посмотреть здесь, видео общения протестующих со спортсменами — здесь.

Спонсоры

  • Храм Святой Екатерины к 300-летию Екатеринбурга строит одноименная компания — ООО «Храм Святой Екатерины». 50% компании принадлежит миллиардеру Игорю Алтушкину (№25 в рейтинге Forbes, состояние — $4,3 млрд) и его «Русской медной компании», еще 50% — главе «Уральской горно-металлургической компании» Андрею Козицыну (№24, $4,4 млрд).
  • Алтушкин и Козицын — известные друзья РПЦ и православные меценаты. Алтушкин финансировал строительство храма Рождества Христова в станице Наурская в Чечне, а в 2018 году предоставил патриарху Кириллу для полета в Екатеринбург бизнес-джет Embraer Legacy 600 стоимостью более $25 млн. Козицын входит в попечительские советы сразу нескольких православных фондов — Фонда Андрея Первозванного и Центра национальной славы, программы «Александр Невский». Секретарь епархиального управления Екатеринбургской епархии РПЦ иеромонах Кирилл, который также активно участвует в проекте строительства храма Св. Екатерины, сравнивал Козицына с архангелом.
  • В 2017 году массовые протесты уже ставили под вопрос крупнейший инвестпроект РМК — строительство Томинского горно-обогатительного комбината в Челябинской области, в которое компания Алтушкина собирается вложить 65,9 млрд рублей (большая часть — кредит Газпромбанка). Местные жители протестуют против строительства комбината в 9 км от водохранилища, из которого Челябинск получает воду. Осенью 2017 года активистам позвонил Владимир Путин и после разговора поручил губернатору Челябинской области взять вопрос на личный контроль. Но ход реализации проекта это никак не изменило.
  • В 2017 году протестовавших против строительства ГОКа избивали охранники РМК, а на общественные слушания о строительстве, по свидетельствам «Новой газеты», приходили «гопники», которые грозили несогласным со строительством «подпалить дома».
После первомайских шествий митинг в Екатеринбурге — уже вторая протестная акция, которая заканчивается по силовому сценарию. Но с протестующими в Екатеринбурге, в отличие от политических активистов, власть ведет себя осторожнее. Эксперты фонда «Либеральная миссия» называли социальный протест главной проблемой для Кремля в четвертый срок Владимира Путина.

ДЕНЬГИ

США придержат «Северный поток — 2»

Американские сенаторы подготовили новые санкции, и на этот раз их цель — самое уязвимое место главного экспортного проекта «Газпрома». Если законопроект примут, компании-подрядчики, чьи спецсуда прокладывают морской участок «Северного потока — 2», попадут под заморозку активов в США. «Газпром» не откажется от газопровода в обход Украины, но цель санкций не в этом, а в том, чтобы затянуть его ввод. Тогда российской компании придется договариваться о транзите с Украиной в условиях цейтнота. Нынешний транзитный контракт истекает в конце года, но разрешения на прокладку трубы в водах Дании тоже еще нет.

Чья нефть грязнее

«Коммерсантъ» вышел на находящегося в розыске бизнесмена Романа Трушева. По официальной версии, именно с принадлежавшего ему узла учета в экспортный нефтепровод «Дружба» ушла загрязненная хлорорганикой нефть. Трушев рассказал, что превышение в этой нефти было незначительным, зато в нефти, которую в тот же период сдавала «Татнефть», — в сотни раз. «Татнефть» немедленно отвергла обвинения, но вопрос о том, мог ли мелкий узел учета загрязнить все 5 млн тонн нефти в «Дружбе», оставшись незамеченным, остается. Белоруссия может потребовать за аварию на «Дружбе» до $435 млн компенсации, а общий ущерб — превысить $3 млрд.

HeadHunter против недели неудач

На неделе, начавшейся с торговой войны США и Китая и провального IPO Uber, есть светлое пятно — российский сервис поиска работы HeadHunter. Его акционеры заработали при размещении на NASDAQ $220 млн при оценке в $675 млн, а за два дня после IPO капитализация выросла почти на четверть. В отличие от широко известных стартапов-конкурентов, ее акции даже на очень плохом рынке не падали ниже цены размещения. Причина в том, что это успешная и четко нишевая компания, находящаяся под полным контролем финансовых инвесторов и развившаяся вне российских интернет-гигантов, пишут «Ведомости». В этом отношении HeadHunter — аналог не столько Lyft или Pinterest, сколько также успешного на рынке сервиса Zoom. Подробно о первом российском IPO на Западе с 2017 года мы писали здесь.

ПРАКТИКА

На самолете как на корабле

Канадская компания Four Seasons, которая раньше ассоциировалась преимущественно с одноименной сетью отелей по всему миру, нашла новую нишу — продажа туров на частном лайнере Four Seasons Private Jet, рассказывает Business Insider. В 2015 году компания дала старт этому направлению и спустя 4 года хочет поднять его на новый уровень. Один билет обойдется клиенту в $147 тысяч за трехнедельное путешествие. Максимальное количество пассажиров на рейсе — 48 человек. Для организации туров Four Seasons купила A321LR neo — самолет из новой линейки Airbus. Внутри пассажиров будут ждать дизайнерские пассажирские кресла от Optimares, индивидуальные айпады на время полета и питание от личного шеф-повара рейса — иногда его планируют сменять кулинарами, которых будут приглашать для приготовления национальных блюд в местах назначения. Помимо перелета, в стоимость билета также входит трансфер, запланированные экскурсии, питание и проживание в отелях Four Seasons. Продажа билетов откроется уже в середине 2019 года, а первый полет запланирован на первую половину 2021 года.

Рабы Кремниевой долины

Принято считать, что черный труд — удел развивающихся рынков и низкотехнологичных областей, но это не так. The Verge побеседовал с Мэри Грэй, автором книги «Ghost work», о том, как в Кремниевой долине сформировался целый класс «теневых» работников — у них плохие условия труда, они выполняют механическую работу и мало за нее получают. Примеров такой работы бесчисленное множество: от переводов текстов и поиска информации в интернете до составления дизайн-проекта и бета-тестирования сервисов, рассказывает Грэй. При этом назвать точное количество «теневых» работников, пусть только в Кремниевой долине, нельзя — работодатели не оформляют их официально или называют таких специалистов по-разному, а сами сотрудники могут скрывать место работы или испытывать сложности при описании своих основных обязанностей, так как их может быть много.

Работодатели относятся к таким работникам пренебрежительно. Они считают, что в скором времени их работу смогут выполнять роботы, но это не так. В качестве примера Грэйс приводит работу над искусственным интеллектом: «Один из главных парадоксов технологии ИИ — в том, что она призвана заменить человека роботом в самых разных сферах, но при этом порождает все новые и новые задачи для разных людей».

Сергей Смирнов