Новости 18 марта 2019

Кремль в поиcках «cеребряной пули»: эксперты подвели итоги первого года нового срока Путина

Главный итог первого года четвертого срока Владимира Путина — резкое ухудшение социальных настроений, но критических рисков для власти оно пока не несет: за время правления Владимира Путина режим уже несколько раз успешно преодолевал похожие кризисы, делают вывод эксперты фонда «Либеральная миссия» в своем новом докладе. Но, чтобы справиться с социальной депрессией в условиях стагнации экономики, Кремлю придется искать новые решения, чтобы повернуть атмосферу в стране в свою пользу.

Доклад «Крепость врастает в землю. Год после выборов: стратегии, вызовы, тренды» (есть у The Bell) посвящен итогам первого года пятого срока Владимира Путина. Авторы — экономист Сергей Алексашенко, политологи Кирилл Рогов, Александр Кынев, Николай Петров и Павел Баев. Мы пересказываем его основные тезисы.

Экономика в условиях санкций. Адаптируясь к западным санкциям, власти перешли от «инерционной» к «дирижистской» экономической политике — с одновременным ужесточением кредитно-денежной политики и перераспределением ресурсов в пользу правительства и главенствующей ролью государственных инвестиций. «В целом такая экономическая стратегия ориентирована на длительную и углубляющуюся изоляцию российской экономики и выглядит своего рода экономической политикой «осажденной крепости», — пишут эксперты.

  • По сути экономическая политика Кремля — результат скрещивания двух программ, конкурировавших перед президентскими выборами, — Алексея Кудрина и Столыпинского клуба. От первой государство взяло ортодоксально жесткую бюджетную политику, от второй — «дирижистко-инвестиционную концепцию».
  • Серьезного перелома в экономике эта политика пока не принесла. Замедление темпов экономического роста, сопровождающееся падением реальных доходов, продолжает быть главным риском режима. Из-за санкций экономика растет вяло даже на фоне благоприятных факторов вроде роста цен на нефть, спроса на газ и экономического оживления во время чемпионата мира по футболу.
  • Путин слушает советы «макроэкономического блока» правительства по главе с Антоном Силуановым, но от решения проблемы темпов роста экономики блок фактически устранился. Путину «не оставалось ничего, кроме как опереться на альтернативную команду» во главе со своим помощником Андреем Белоусовым — именно он развивает тему нацпроектов и госинвестиций и поддерживает дирижистский тренд. Последствия — не только рост госрасходов: например, в ходе бензинового кризиса 2018 года чиновники впервые за 18 лет правления Путина пошли на заморозку цен. Этот шаг может иметь далеко идущие последствия.
  • На повседневную жизнь этот сдвиг особо не повлиял и остался малозаметным. «Однако если Кремль пойдет по этому пути дальше, то грядущие новации могут оказаться гораздо более заметными и привести к серьезным изменениям во всей конструкции российской экономики».
  • В известной политэкономической дилемме «холодильник» будет и дальше более уверенно демонстрировать преимущество над «телевизором»: Кремль так и не предложил решения проблемы падающих доходов населения. При обсуждении майского указа Владимира Путина эта тема ушла в тень нацпроектов и госинвестиций.

Ослабление социальной поддержки. Данные соцопросов показывают: четырехлетний период «крымского синдрома» завершен, а уровень поддержки власти снизился почти до «докрымского» уровня. Социальные настроения стали более депрессивными из-за пенсионной реформы, продолжающейся стагнации в экономике, падения реальных доходов. Не смогли остановить падение рейтингов даже внешнеполитическая мобилизация и пропаганда.

  • Главная причина падения одобрения власти — углубляющаяся экономическая депрессия, а главный повод — повышение пенсионного возраста. Кремль даже столкнулся с локальными кризисами — например, провалом некоторых кандидатов от власти на губернаторских выборах 2018 года. Но запас институциональной прочности у власти высок. «Повысив за послевыборный год налоги и пенсионный возраст, Кремль продемонстрировал способность волюнтаристски перераспределять в свою пользу ресурсы и бизнеса, и граждан, не встречая при этом серьезного сопротивления», — констатируют эксперты.
  • Нынешний эпизод снижения рейтингов поддержки — уже четвертый в истории режима Владимира Путина: похожим образом рейтинг проседал весной-летом 2000 года, в 2004–2005 и 2011–2013 годах. Власти каждый раз удавалось справиться с вызовами, хотя и не без помощи благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры. В последний раз ответом стал поворот во внешней политике в 2014 году.
  • Пытаясь вновь обрести высокую социальную поддержку, Кремль будет искать новую «серебряную пулю». Но в этот раз, в отличие от трех прежних кризисов Путина, ресурсы властей ограничены — в плане экономики и внешнеполитической мобилизации. Пока сложно прогнозировать, что именно выберет Кремль для повышения рейтингов — негативную повестку с эскалацией внешнеполитических конфликтов или позитивную с объединительным процессом с Белоруссией.
  • Пока в ответ на снижение внутренней поддержки Кремль стал активнее использовать «силовые практики» — проводит политику «сверхцентрализма» в отношении регионов (смена за 2,5 года глав более половины регионов на «варягов»), усиливает контроль над интернетом (закон о суверенном рунете, о фейк-ньюс и др.), активно применяет закон о нежелательных организациях, демонстративно и выборочно наказывает элиты (чистка в Дагестане, дело Магомедовых, дело Арашуковых), проводит «суверенизацию» бизнес-режима (дело Baring Vostok). Именно эти «репрессивные политики» являются сегодня ключевым фактором стабильности режима.

Внешняя политика Кремля осталась конфронтационной, но при этом стала более пассивной и изоляционистской. Путин не использовал свою «обновленную легитимность» для того, чтобы снизить напряженность в отношениях с Западом. Российским властям выгодно ее поддерживать, чтобы тем самым подтвердить свою особую роль в мировой политике, но доводить ситуацию до санкционной эскалации тоже никто не хочет.

  • Компенсировать проблему с Западом разворотом на Восток у России пока не получилось. Для Китая в приоритете в последний год было устранение проблем, вызванных торговым конфликтом с США. Обсуждение курильского вопроса с Японией пока также непродуктивно.
  • Единственным успехом стал чемпионат мира по футболу, но это был дорогостоящий инструмент «мягкой силы», который лишь нейтрализовал последствия допинговых скандалов.
  • «Амбиции во внешней политике все сильнее расходятся с реальным сокращением ее ресурсной и интеллектуальной базы, что предопределяет неизбежность неудач, которые будут повышать риск новых волюнтаристских решений — и еще более болезненных поражений», — пишут эксперты.

Лиана Фаизова