Котировки нефти Urals превысили $95 за баррель

Котировки российской нефти Urals в Северо-Западной Европе и в Средиземноморье на прошлой неделе превысили $95 за баррель, сообщило агентство Argus Media.

На добычу ОПЕК+, остающуюся ниже квоты в некоторых странах, накладывается геополитическая напряженность. «В июне прошлого года абсолютная цена на Urals в СЗЕ и Средиземноморье превысила $70/барр., в октябре — $80/барр., а в январе текущего года — $90/барр. впервые с октября 2014 года», — отмечает Argus.

Нефть Brent на минувшей неделе приближалась к $94 за баррель, а в понедельник оставалась выше $92.

Цена Urals важна и для нефтяной отрасли (от нее зависят экспортные пошлины и НДПИ), и для российской экономики в целом, поскольку при цене больше $44,2 за баррель дополнительные нефтегазовые доходы идут в бюджет в виде закупок валюты по бюджетному правилу. Telegram-канал MMI, основанный директором департамента денежно-кредитной политики ЦБ Кириллом Тремасовым, указывал, что в феврале ЦБ должен купить валюты для Минфина на 635 млрд рублей, или $8,4 млрд, что является историческим рекордом. С 24 января покупка валюты на внутреннем рынке по бюджетному правилу приостановлена ради снижения волатильности на финансовых рынках.

Скопировать ссылку

Бизнес McDonald’s в России может достаться родственнику Назарбаева или сибирскому нефтянику

Российский бизнес McDonald’s, объявившего об окончательном уходе из страны, достанется одному из крупнейших местных франчайзи, рассказали The Bell три источника, следящих за судьбой компании. Двое из них называют потенциальным покупателем компанию «СПП» родственника экс-президента Казахстана Нурсултана Назарбаева Кайрата Боранбаева, третий — компанию «ГиД» нефтяника из Новокузнецка Александра Говора. О том, что переговоры идут с сибирским франчайзи, 16 мая также писал канал «хэппи мил». 
Последствия «специальной военной операции» на Украине. Онлайн
21 марта 2022

Последствия «специальной военной операции» на Украине

Война полностью изменила нашу жизнь. О ее последствиях для каждого из нас мы в режиме онлайн пишем с 24 февраля. Мы никогда не брали денег за контент с читателей, считая, что можем зарабатывать сами. Но теперь наша бизнес-модель, как и многое другое в экономике, рухнула. Помогите The Bell продолжить работу!