Как идет борьба за иностранные активы «Лукойла», кто управляет Россией вместе с родней, кого из окружения Зеленского заподозрили в коррупции
The Bell
Чем ближе 21 ноября — дата, после которой любые сделки с «Лукойлом» и «Роснефтью» США будут считать нарушением своих санкций, — тем туманнее будущее зарубежных активов. В понедельник «Лукойл» объявил, что из-за «форс-мажора» останавливает регулярную работу на Западной Курне-2 в Ираке. Это одно из крупнейших месторождений в мире, контроль над которым «Лукойл» получил еще в 2009 году. Объявлению о форс-мажоре предшествовали ограничения, введенные иракскими властями. И в тот же самый день власти Болгарии еще раз обозначили свое намерение взять под контроль НПЗ в Бургасе, пока еще принадлежащий «Лукойлу». Причем с использованием силовиков. После срыва сделки с нефтетрейдером Gunvor, созданным в свое время другом Путина Геннадием Тимченко, в «Лукойле», возможно, уже думают о судьбе каждого своего зарубежного актива в отдельности, а не об иностранном бизнесе целиком.
Вы видите только часть этого материала
Этот материал был написан специально для рассылки The Bell. Это платный продукт. Чтобы прочитать статью целиком и иметь доступ ко всему контенту The Bell, подпишитесь на рассылку.