Financial Times рассказала, как «Рубикон» ломает оборону Покровска
Новое российское соединение «Рубикон», созданное новым руководством Минобороны как витрина беспилотной войны, действительно стремительно меняет ход войны на востоке Украины. Под Покровском, который может пасть после года украинской обороны, оно становится главной проблемой ВСУ и одним из признаков того, что российская армия начала действовать быстрее и инициативнее, рассказывает Financial Times.
Появление «Рубикона» перевернуло цифровое поле боя и лишило Киев одного из главных тактических козырей — в использовании дронов. Давление на украинскую армию, и без того уступающую России по численности и ресурсам, резко выросло. «Это наша основная проблема», — признает в разговоре с FT украинский военный Артем Карякин, служащий под Покровском в Донецкой области. По его словам, именно «Рубикон» стал ключевым фактором стремительного продвижения российских войск к Покровску — городу, который ВСУ удерживают больше года, но теперь рискуют потерять. «Без таких грамотных операторов дронов российская пехота не смогла бы проникать в город, — поясняет Карякин. — Сейчас быть пилотом дронов очень опасно».
По оценкам Роба Ли из Института исследований внешней политики в Филадельфии, «Рубикон» насчитывает примерно 5000 бойцов и обладает большими финансовыми ресурсами. Вместо того чтобы атаковать пехоту, подразделение ликвидирует операторов БПЛА и рвет украинскую логистику. Они бьют на глубину до 10 км за украинскими позициями — по машинам, грузовым квадрокоптерам и наземным роботам, которые доставляют припасы на передовую. Помимо ведения боевых операций, «Рубикон» обучает другие российские военные части, использующие беспилотники. Украинские бойцы часто замечают качественные улучшения у противника после тренировок «Рубикона», говорит Ли.
Создание «Рубикона» вне громоздкой и неуклюжей вертикали Минобороны — доказательство того, что российская армия, «когда-то неповоротливая и разобщенная», научилась воевать иначе — быстрее, гибче, инициативнее. Во многом «Рубикон» перенял лучшие практики самих же украинских беспилотных подразделений, поясняет Ли. Разведывательные группы «Рубикона» «охотятся» за украинскими операторами дронов, отслеживая их по радиосигналам, антеннам на высотках и холмах, по характерным перемещениям. А затем либо самостоятельно уничтожают выявленных операторов, либо передают их координаты авиации.
Прогресс в электронной войне облегчает поиск операторов. В этом противостоянии контроль над электромагнитным спектром столь же важен, как господство в воздухе. Обе стороны используют мощные средства РЭБ и станции радиоразведки, чтобы обнаружить и отключить противника. Правда, сама РЭБ создает яркую электронную подпись, которую легко засечь. Обе стороны также взламывают чужие видеопотоки и применяют радиопеленгаторы для поиска передатчиков. «Это игра в кошки-мышки, где судьей выступает физика», — объясняет эксперт по РЭБ Том Уизингтон из Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI).
Украинские военные признают, что разрыв в ресурсах колоссален. «У них много людей, а это значит, что они могут работать круглосуточно, семь дней в неделю. Могут менять смены каждые пять часов, выспаться. Нам сложнее, потому что людей для постоянной ротации мало, а спать все равно нужно», — говорит боец с позывным Зуммер, действующий под Покровском. До появления «Рубикона» «у нас тут был почти курорт», добавляет он.
Почему это важно
FT подытоживает, что беспилотники давали ВСУ «решающее преимущество», но Россия приспособилась, усвоила украинские тактики и выстроила собственную стратегию. Теперь Киеву нужно не разрозненное творчество отдельных команд, а централизованный план действий против «Рубикона». Украинские бригады уже формируют группы для ответной «охоты» на российских операторов, но деталей не раскрывают.